Kurgan-Telecom Ru | Информационные технологии

В прошлой статье я писал как перенести свою музыку себе домой, а это руководство для того, кто решил забрать свой фотоархив домой. От пустого LXC-контейнера до работающего Immich: свой «Google Photos» с умным поиском и лицами на встроенном GPU, доступ с телефона из любой точки мира — и перенос семнадцати тысяч фотографий из Google без потери единого кадра и с восстановлением геолокации.

Когда в январе компания Hyundai Motor представила своего нового гуманоидного робота-рабочего по имени «Атлас», десятки тысяч корейских авторабочих с изумлением наблюдали за тем, как этот робот ростом 188 см вышагивал по сцене выставки, поворачивая суставы на 360 градусов. Реакция профсоюза была категоричной: «Атлас» никогда не появится на производственной линии без предварительного согласия рабочих.

На этой неделе авторабочие Hyundai в Южной Корее объявили частичную забастовку. Это первая в автомобильной промышленности остановка работы завода, связанная с использованием гуманоидных роботов.

Улицы главного автомобильного производственного центра Hyundai в городе Ульсан украшены плакатами с требованием «превентивных мер» в ответ на эту угрозу. По окончании частичной забастовки в среду участники переговоров примут решение о дальнейших шагах по выходу из продолжающегося уже несколько месяцев тупика, связанного с заработной платой, искусственным интеллектом и технологиями, которые могут коренным образом изменить будущее автомобилестроения.

Тот факт, что у Atlas нет точной даты внедрения в Южной Корее, не имеет большого значения для Бюн Чжун-хвана, одного из ведущих переговорщиков со стороны профсоюза. «Мы должны подготовиться, чтобы обеспечить наличие необходимых мер защиты», — сказал Бюн, генеральный секретарь профсоюза.

Крупнейшая в мире площадка для ИИ-моделей Hugging Face сообщила о вторжении в свою инфраструктуру, которое отличалось от всего, с чем компания сталкивалась раньше, одной деталью: атаку от начала и до конца провела автономная система ИИ-агентов. Причем и поймала, и разобрала атаку компания во многом тоже с помощью ИИ.

Набросок этой статьи писался под влиянием подозрительных веществ лекарств,  когда я ещё находился в военном госпитале после ранения, недавно выйдя из месячной комы. Обездвиженный, наглухо лишённый возможности пользоваться своей левой половиной тела, я вкусил все радости от использования современных смартфонов..., возненавидев их. Тогда я понял: пора что-то менять в нашей жизни к лучшему.

Хотя если быть точным, мысль, развиваемая в этой  статье, посещала меня задолго до ранения, но только сейчас мне пришла идея как красиво это упаковать.

Я хочу ниже не только помечтать о новом подходе к интерфейсам, но и предложить идею реализации, которую ты, читатель, сможешь осилить уже сейчас.

Сегодня из каждого утюга звучит термин vibe coding — расслабленная, итеративная разработка в диалоге с ИИ, когда ты просто описываешь хотелки, а агент сам пишет, правит и деплоит. Звучит как магия, но на практике попытка скормить агенту большой объем работы за один заход почти всегда заканчивается результатом категории «ну, вроде работает».

Мне нужно было оплатить Zoom для команды — годовой Workplace Pro, $169.90. Написал посреднику, которого посоветовали в чате. Ответ пришёл быстро: «Да, по стоимости 18 422 Рубля, оплачиваем?»

По курсу ЦБ $169.90 — это 13 320 ₽. Откуда ещё пять тысяч? «Курс и комиссия», — ответил менеджер. Какой курс, какая комиссия — не ответил.

Я плачу за ChatGPT, Zoom и Steam и переплачиваю непонятно кому непонятно сколько. Поэтому я сделал то, что делает любой инженер, столкнувшийся с чёрным ящиком: запросил стоимость у 13 посредников и виртуальных карт и записал ответы.

В итоге восстановил (реверс-инженернул?) формулу, по которой посредники считают свои «индивидуальные» комиссии. А еще сделал простой калькулятор, где видно, какой способ оплаты лучше подходит для какого сервиса (это в конце).

Есть такой термин Relentless Improvements, который можно перевести как непрерывные/безостановочные/неустанные/непримеримые/безжалостные/ изменения.

Те кто связаны c Agile, скорее всего сразу вспомнят Scaled Agile Framework (SAFe), и будут правы. Потому, что именно этот фрейм сделал термин массовым, особенно востребованным при изменениях, но заложил глубинную бомбу под многие продуктовые, ИТ и близкие к ним трансформации, определяя непрерывные изменения как стандарт организационной жизни.

Причем наш окружающий мир сам стал похож на одно постоянное безостановочное изменение (то ковид, то СВО, то кризисы перепроизводства, то золотуха). Это также заставляет компании постоянно пересматривать способы работы. И эти самые relentless изменения в организациях становятся действительной нормой.

Меняется структура, меняются роли, приоритеты, процессы. Команды пересобираются, инициативы запускаются... И в какой-то момент организация переходит в режим непрерывной перестройки.

Подобные состояние можно рассматривать как хроническое воздействие неопределённости и потерь на человека и рабочие группы, что не может пройти без следа как для отдельных людей, так и для команд/лидеров/результатов бизнеса.

Каждая отдельная перестройка может быть вполне переносимой. Но когда это становятся фоном, психика людей перестаёт воспринимать происходящее как временный этап и начинает жить в режиме постоянной подстройки и адаптации.

За подобную "гибкость" приходится платить

Предлагаю порефлексировать в статье чем платить, почему это происходит и что с этим можно сделать.

Что вершит судьбу LLM в этом мире. Некая незримая инструкция или закон, подобно промту Господнему, парящим над миром? По крайне мере истинно то, что LLM не властен даже над своей волей.

В 2025 году главной угрозой кибербезопасности по версии OWASP стал не вирус и не баг, а обычный человеческий язык. Многие думают, что проблему можно решить, просто запретить модели нарушать правила. Но это так не работает. Promt Injection нельзя просто выключить, потому что так вы все сломаете.

Как работает главная уязвимость LLM? Почему с ней так тяжело бороться? И что все-таки делать, чтобы защититься от нее?

Хотя многие считают Linux современной операционной системой, она воплощает в себе идеи, которым уже более 50 лет. Рассмотрим некоторые из этих давних концепций и причины, по которым они сохраняются в современных дистрибутивах Linux.

Этим летом наша детская школа искусств выступает с песнями и танцами на шоу в Диснейленде. Мы все предвкушаем поездку, но мою радость слегка омрачил тот факт, что для доступа к расписанию, графику поездки и информации о проживании придётся установить приложение Travelbound.

Да на кой оно мне надо? Это должна была быть простая веб-страница. С чего ради я должен устанавливать очередное хреново приложение только ради того, чтобы увидеть информацию, которую можно было уместить в гораздо более компактном, быстром и доступном документе?

И я нисколько не преувеличиваю. По своей сути, это приложение представляет текст, картинки и ссылки на PDF-файлы, загружаемые из интернета.

Как мне кажется, старая формула успеха — «сделай хорошо и опубликуй в престижном журнале» — постепенно перестаёт работать. AI не смотрит на статус площадки: он верит тому, что выложено открыто, изложено полно и независимо подтверждено. Почему письмо в публичную рассылку теперь весит больше статьи в закрытом журнале, чем рискуют коммерческие форки PostgreSQL, и при чём здесь борги - об этом я размышляю в этой "отпускной" заметке.

Astra Studio - веб приложение для взаимодействия с LLM, MCP, RAG, Agents.

Статья представляет собой подробный обзор архитектуры и философии проекта Astra Studio — платформы с открытым исходным кодом для создания корпоративных веб-приложений на базе искусственного интеллекта. Основной акцент сделан на решении ключевой проблемы регулируемых отраслей: необходимости внедрения современных больших языковых моделей (LLM) при строгом запрете на передачу данных во внешние облачные сервисы.

Автор, Константин Некрасов, объясняет мотивацию создания собственного решения, указывая на недостатки существующих инструментов (Open WebUI, Dify, LangFlow), которые либо не обеспечивают полноценной локальной работы, либо лишены продвинутых функций RAG и корпоративной интеграции.

В тексте детально описана микросервисная архитектура системы, состоящая из девяти основных компонентов:

Backend на FastAPI: оркестрация агентов, аутентификация, управление проектами.

Frontend на React 19 + Material-UI: адаптивный интерфейс с глубокой кастомизацией.

Сервис LLM: абстракция над различными провайдерами (Ollama, vLLM, API).

Система RAG (два сервиса): векторный поиск (pgvector), лексический поиск (BM25), гибридный и графовый поиск, а также уникальное иерархическое индексирование для больших документов.

OCR (Sura OCR): распознавание текста со сканов.

Голосовые сервисы: WhisperX (распознавание), диаризация спикеров, Silero TTS (синтез речи).

Хранилища: MongoDB, PostgreSQL, MinIO.

Особое внимание уделено агентной архитектуре на базе LangGraph, включающей агента-оркестратора и специализированных агентов (работа с документами, память, MCP, планирование). Описана интеграция с протоколом Model Context Protocol (MCP) для подключения внешних систем (GitHub, базы данных, CRM) без изменения кода платформы, а также возможности генерации изображений через ComfyUI.

Статья затрагивает вопросы безопасности: интеграцию с LDAP/SSO, JWT-токены, изоляцию данных между проектами, аудит действий и защиту от brute-force атак. Приведены инструкции по развертыванию через Docker Compose, минимальные системные требования и roadmap развития проекта, включая планы по выпуску Helm-чартов для Kubernetes.

Почему-то в России к довольно острому вопросу о вторжении ИИ в жизнь общества отношение до сих пор довольно легкомысленное. Может недостаток цеховой солидарности или привычка к кризисам, уверенность, что это «о ком-то другом». А может несерьёзное отношение к авторским правам. 

На западе именно вопрос авторских оказался одним из первых и самых острых вопросов к ИИ. И творческий цех быстро стал объединяться в протесте против генеративного ИИ, уничтожающего и рабочие места, и смысл работы, и ценность любого произведения. То же происходит и среди их зрителей, подвергающих остракизму нейрослоп. Как в случае с Coca-Cola, заменившими нейроподелкой «реальную» рождественскую рекламу, ставшую праздничной традицией, как и созданный когда-то для её же рекламы нынешний образ Санта-Клауса.

И наоборот, всего лишь простая заставка Apple, которая казалась графикой, а оказалась реальным съёмочным роликом, вызвала фактом своей реальности вирусную волну восторга и даже заставила Apple завести отдельный запретграм-аккаунт чтобы показывать как они снимают свои реальные рекламы под общее одобрение и восторг. 

Но Coca-Cola же волна возмущения и насмешек не остановила - они упорно повторили эксперимент с тем же результатом. Почему?  
Полагаю потому, что реклама никогда не была «просто рекламой», это мощный инструмент воздействия на массы и формирования образного ряда и стереотипов мировосприятия, как бы ни посмеивались над этим обыватели. И та нейрослоп-реклама тоже была не просто роликом, а заявлением, или даже… объявлением войны человеку на его внутреннем поле - в пространстве художественных образов и эстетического мировосприятия. И не просто так это случилось именно в Рождество.

Как утверждают психологи «все проблемы человека происходят из детства» — все что не дали родители в юном возрасте потом обязательно проявит себя во взрослой жизни.

В моем, весьма специфическом случае такой нереализованной мечтой детства долгое время оставался... компилятор Watcom, дорваться до которого удалось лишь спустя почти тридцать лет.

Рассказываю об этом удивительном проекте.

Синяя галочка есть. Ответа нет. Мой собственный бот в MAX игнорирует моё же сообщение: сервер отвечает 200 OK, в логах чисто, а человек на другом конце ничего не видит. Так начались четыре вечера отладки Bot API нового российского мессенджера — четыре грабли, которых нет в документации. Где живёт токен. Почему 404 на чат, в котором ты прямо сейчас переписываешься. Как молча испаряется webhook-подписка. И почему MAX не говорит, которому из твоих ботов написали. Собрал всё, чтобы следующему хватило получаса вместо недели.

Привет, Хабр! Пару недель назад я рассказал о довольно необычной покупке — модульном компьютере Khadas Mind 2. Тогда я постарался раскрыть несколько базовых вопросов: почему вообще выбор пал именно на него, чем эта система отличается от привычных мини-ПК и какие впечатления появились сразу после покупки. Сейчас девайс окончательно перестал восприниматься как новая игрушка. Стоит себе на столе, сигнализирует о нормальной работе зеленым огоньком (цвет можно менять, кстати) и делает все, что должен. 

Но для того, чтобы все так и было, пришлось решить несколько проблем. Об освоении этого девайса сегодня и поговорим. Поехали!

В последнее продолжительное время занимаюсь разработкой ПО и алгоритмов по русистике. Иногда ищу обсуждение, задачки из комментариев и на Хабре. Попался на глаза занятный коммент:

Вайбкодинг принято ругать за грязный код и отсутствие архитектуры. Но когда цель — быстро проверить гипотезу и сделать яркий MVP для хакатона или конференции, этот подход раскрывается на полную. В этой публикации я разберу свой кейс создания проекта с помощью ИИ, который взял первые места на двух конференциях.

Представьте, что вам нужно обрабатывать десятки тысяч сообщений с помощью LLM: извлекать данные из текста, классифицировать объявления и получать строго структурированный JSON. При этом стоимость каждого запроса должна оставаться минимальной.

Я столкнулся именно с такой задачей и попробовал несколько подходов: от бесплатных моделей до платных API. В итоге удалось снизить стоимость одного запроса примерно до 0.006 рублей, сохранив качество обработки.

В статье расскажу, как я пришёл к этому решению и почему в итоге написал собственный API-слой поверх OpenCode Go.

Девочка Салли прячет шарик в корзинку и уходит. Тетя Анна достает его и перекладывает в коробку. Салли возвращается.

Вопрос двум детям, которые наблюдали: где Салли будет искать шарик?

Трехлетний ответит — в коробке. Там же шарик, логично.
Четырехлетний — в корзинке. Там, где его нет, но там Салли его оставила.
Чувствуете логическую дыру? А ее нет.

Только что я воспроизвел вам известный научный эксперимент, который по сей день оставляет науке когнитивного восприятия незакрытый вопрос. Сегодня поговорим об одной из самых загадочных и простых теорий психологии, с которой не могут разобраться полвека.