Kurgan-Telecom Ru | Информационные технологии

За attention-механизм с 2017 года брались сотни раз: sparse attention, linear attention, MoE, MLA, скользящие окна, что только не. А вот residual connection, остаточная связь, та самая x + F(x) из ResNet 2016 года, простояла почти десять лет нетронутой. Её просто унаследовали из résnet'ов, воткнули в трансформер и забыли.

31 декабря 2025-го DeepSeek выложил на arXiv препринт, где взялся именно за этот кирпич. И что показательно, загрузил его на arXiv лично основатель компании Liang Wenfeng, он же в соавторах. Когда основатель сам публикует статью, это обычно значит, что она ляжет в следующую флагманскую модель. Так и вышло: mHC поехал в DeepSeek V4, который выкатили 24 апреля 2026-го.

Разберём, что они сделали, почему это работает и при чём тут матрица из шестидесятых.

Привет, Хабр! Хочу рассказать вам историю об одном устройстве, которое было создано 11 лет назад. Это простая игра «Угадай число» на микроконтроллере ATtiny2313. Собранное мной с 0 знаний в электронике.

Плата не просто выжила и работает до сих пор, но и скрывает в себе секретный режим, игра сама с собой. О том, как собирался этот low-tech шедевр и как забавно он восстает против кожаных мешков, читайте под катом. 

Привет, Хабр! На связи Даниэль из InfoWatch, разработчик решений класса информационной безопасности. В предыдущей статье мы рассматривали задачу контроля целостности в среде Linux с помощью системного интерфейса inotify. Поговорили о ключевых недостатках, с которыми приходится сталкиваться в ходе работы с самим инструментом напрямую.

Наверное, многие из вас знают, что существует другой более совершенный и более функциональный системный интерфейс — fanotify. В рамках данной статьи мы продолжим рассматривать задачу мониторинга объектов файловой системы, но уже через призму fanotify. Попробуем ответить на вопросы, решает ли данный инструмент описанные ранее проблемы.

Введение

Начнём с краткой сводки по fanotify. fanotify представляет собой kernel-интерфейс, позволяющий мониторить события файловой системы в режиме реального времени. Определение такое же, как и для inotify. Почти. Существенная разница в том, что список обрабатываемых событий у fanotify гораздо шире, а также есть возможность принимать решение kernel-характера в user space. Простыми словами: вы можете разрешать/запрещать запуск программ без написания драйверов (модулей ядра), так как fanotify позволяет разрешить/запретить создание процесса в пользовательском пространстве.

Практический опыт ограничения приложений на Android

В статье рассматривается практический опыт настройки Android‑смартфона с root‑доступом для ограничения сетевого взаимодействия приложений и управления их разрешениями. Анализ трафика, whitelist/blacklist доменов, Magisk, iptables и создание контролируемой среды на устройстве.

Хватит скидывать задачи в мессенджеры и терять правки. Показываю 6 способов, как показать клиенту или подрядчику важное и не сломать внутренние процессы.

Привет, Хабр! Меня зовут Виктор Лучиц, я архитектурный лид в отделе инфраструктурной разработки рекламных технологий VK. Я расскажу, как наша команда осуществила конвергенцию двух наших core-технологий, как справлялись с инцидентами и что в итоге получили.

Это не столько рассказ о самих технологиях, сколько попытка частичной систематизации нашего опыта работы со сложными системами. Этим опытом нам хотелось бы поделиться с читателями Хабра, и надеемся, что он покажется вам полезным.

Привет, Habr!

Мы разрабатываем IncidentRelay - self-hosted систему для on-call scheduling, маршрутизации алертов и доставки уведомлений. Идея простая: дать командам SRE, DevOps, platform и operations понятный инструмент, который можно развернуть у себя, подключить к мониторингу и использовать без зависимости от внешней incident-management платформы.

До того как начать инвестировать в разработку продукта, команде стоит проверить, есть ли реальный спрос на продукт и насколько убедительно для клиента звучит ценностное предложение. Для этого на ранних этапах мы используем разные методы валидации гипотез: от анализа рынка и качественных интервью до количественных исследований, fake door тестов, concierge‑подхода и MVP.

В этой статье покажу место fake door среди других методов валидации и разберу, как мы адаптируем этот метод в Точка Банке.

Привет! Я — Аля, старший продакт-менеджер выделенных серверов в Selectel. Этой весной я побывала на экскурсии в CERN — и там я узнала, что за все время работы коллайдера на лентах архива накоплено более эксабайта данных. И это только то, что прошло фильтрацию — 99,99% уже было отброшено. 

У меня сразу возникло много вопросов. Как они справляются с таким потоком? Как хранят все это десятилетиями? Как проектируют архитектуру, которая должна работать десятки лет? Эти вопросы легли в основу серии статей — каждая прослеживает один инфраструктурный слой на пути данных от детекторной пещеры до ноутбука физика где-то в мире.

Пока одни специалисты спорят в комментариях, способны ли нейросети эффективно искать уязвимости, я решил проверить это на практике.

Я Nuit, мне 18 лет, я учусь и в этом году сдаю ЕГЭ и планирую двигаться дальше в ИБ. Параллельно с этим увлекаюсь багбаунти. За последние полтора месяца мне удалось заработать более 7 миллионов рублей на поиске уязвимостей.

Ниже я расскажу о своем пути: как я выгорел в CTF и начал багхантить, как использую нейросети для поиска уязвимостей — а еще разберу кейс, который принес мне полтора миллиона рублей.

На заметку всем, кто интересуется, как меняется современная разработка ПО.

Недавно Anthropic выпустил отличную статью о том, как меняется современная разработка ПО на примере трансформации подходов внутри собственной компании.

Я не программист, но я создал два сайта. Один с нуля, второй перенёс с Tilda, оба через Claude Code и с админ-панелью через Claude же. В процессе я прошёл через ИИшный газлайтинг, сотню правок уровня «перемести это выше, еще выше, теперь ниже» и получил два проекта, которыми теперь могу проще управлять.

Рассказываю, как, зачем и почему (и стоит ли так делать).

Морской бой — простая игра, в которую можно научить играть даже первоклассника. Тридцать лет назад реализацию этой игры на компьютере можно было продавать. Десять лет назад написание морского боя на любимом языке было хорошим упражнением для будущего программиста. Сегодня, когда с написанием такой игры справится и продвинутая нейронка, сложно кого-то удивить очередной ее реализацией. Но я все же попробую.

Я решил написать морской бой на sed — потоковом текстовом редакторе из набора стандартных юниксовых утилит. Обычно его применяют для того, чтобы заменить в потоке или файле одну регулярку на другую. Но дополнительные директивы, которые есть в sed, формируют Тьюринг-полный язык, на котором теоретически можно написать что угодно.

Так, энтузиасты писали на sed мастермайнд (на наши деньги — «Быки и коровы»), сокобан, сапер и даже шахматы. Я упоролся несколько сильнее и написал игру с неполной информацией, псевдослучайной генерацией расстановок и ходов и достаточно сильным противником. Причем реализованный алгоритм позволяет усилить его еще больше, изменив буквально пару строк. Насколько я могу видеть по гитхабу, у меня получился один из самых масштабных на сегодняшний день проектов (если не самый масштабный) среди всей этой адской эзотерики.

В процессе работы я никак не использовал нейронки — ни для генераций, ни для консультаций. С одной стороны, это было правильно, ведь проекты, которые были написаны раньше, люди писали без нейронок. Так что это их использование было бы просто неспортивно. С другой стороны, они могли бы помочь в плане критики тех или иных подходов, а потому некоторые мои архитектурные решения наверняка весьма дремучи. С третьей стороны, именно в личном почерке ведь и заключается искусство, а ради него все и затевалось.

Сперва я просто хотел показать, какие клевые вещи можно реализовать самыми минимальными средствами, но в итоге получился большой пошаговый гайд. Для тех, кому результат интереснее процесса, в конце статьи есть ссылка на гитхаб, чтобы сразу посмотреть, что получилось. Остальные — наливайте чайку и добро пожаловать под кат!

Два года назад в нашем падел-сообществе было всего восемь человек. Сегодня в нем 60 участников из 20 подразделений компании, более 170 игр и два внутренних турнира. Но главное, чему меня научила эта история, оказалось никак не связано со спортом.

Когда я устраивался в компанию YADRO, я практически никого не знал. Новый коллектив, новые процессы, новые лица. Среди корпоративных инициатив мое внимание сразу привлекла программа Sport & Hobby, которая позволяет сотрудникам создавать спортивные и творческие сообщества по интересам. На тот момент я уже был знаком с паделом, хотя правильнее будет сказать, что успел сыграть всего один раз.

Этот единственный опыт почему-то запомнился очень хорошо. Меня пригласили просто покидать мяч через сетку в компании людей, которых я практически не знал. Мы плохо понимали правила, часто ошибались, много смеялись и просто хорошо проводили время. Больше всего меня тогда удивил не сам спорт, а то, насколько быстро исчезает неловкость между незнакомыми людьми.

Поэтому, когда я увидел возможность создать собственное сообщество, выбор был очевиден. Так в октябре 2024 года началась история нашего падел-клуба.

Еще совсем недавно вопрос о том, сколько брать оперативки, для многих даже не стоял. Было очевидно, что чем ее больше, тем лучше. Ну, а что? Цены вменяемые, переплата за запас — копеечная, и по большому счету можно было даже не задумываться, если денег было не впритык. Но потом наступил 2026 год, DDR5 подорожала в три раза, и вот почти все мы стали искать причины поставить как можно меньше ОЗУ, чтобы не распотрошить кошелек. В целом подход правильный и здравый. Главное – не сэкономить слишком сильно.

В статье — разбор основ Ansible: как писать идемпотентные плейбуки, не класть продакшен сухими прогонами и встроить Ansible в CI/CD.

Разбираю структуру ролей, работу с динамическим инвентарём, секретами и типовые грабли новичков. Две наглядные схемы, реальный кейс из боевой практики и набор правил, которые делают автоматизацию предсказуемой и безопасной.

На позапрошлой неделе в чате авторов CatGeek-a прошла любопытная дискуссия насчет историчности фэнтези-романов. Ну, точнее, не историчности как таковой - откуда ей взяться в мире драконов и магии? - а достоверности изображения военной составляющей романа.

На первый взгляд, странно требовать от автора какой-то историчности там, где с небес на головы оркам могут сыпаться молнии, но фэнтези использует антураж нашего мира. Мечи, замки, всадники и доспехи – это историческая атрибутика, причем присущая как правило Средневековью, любят его авторы. И когда автор обращается к ним, то мы ожидаем, что свойства, скрывающиеся за этими терминами, будут «историчны», если (!) в книге не указано иное. И стоит автору отойти от неких правил, как из зала несется…

Надеюсь, что данная публикация не будет воспринята, как пиар. Просто мне хотелось поделиться некоторыми соображениями на тему технологического решения ориентированного на специалистов прикладников. Не секрет, что не так-то просто найти общий язык между специалистами различных специальностей, в том числе между специалистами предметниками и ИТ-специалистами реализующими прикладные задачи. Идеи, затронутые в интервью, могут быть использованы для реализации ваших собственных приложений совершенно свободно. Единственная просьба не забыть упомянуть об источнике информации.

Расскажите немного о себе.

По первому образованию я инженер машиностроитель. Начинал трудовую деятельность на заводе и стать инженером был мой осознанный выбор. Во время учёбы в институте был приглашен на кафедру, на должность научного сотрудника.

Работал на проекте связанном с системами автоматизированного проектирования (САПР). Занимаясь алгоритмизацией прикладных задач, быстро убедился, что алгоритмы и блок-схемы, если они относятся к предметным областям, требующим специального образования, понимают только те, кто эти алгоритмы и блок-схемы создавал.

Занялся программированием, чтобы вместо алгоритмов и блок-схем писать прототипы прикладных программ.

В то время (как время быстро летит). В то время повсеместное внедрение САПР было основной темой, подобно ИИ сейчас. Естественным продолжением карьеры стал переход из учебного заведения в отдел САПР крупного конструкторского бюро.

Отдел, в котором я работал, плодотворно сотрудничал с учебными и отраслевыми институтами и располагал весьма современной (по тем временам) вычислительной базой. Всё шло своим чередом на уровне мировых тенденций. Что потом случилось всем известно…

Когда я начал пользоваться Claude Code, у меня было ощущение, что я дал умному человеку доступ только к одной папке на компьютере. Он видит код, помогает с задачами — но не знает, что происходит снаружи. Нет доступа к чатам, к базе данных, к GitHub issues. Всё это приходилось копировать руками и вставлять в контекст.

Потом я узнал про MCP.

Если вы работаете с базами данных и используете ORM, вы, вероятно, сталкивались с той же проблемой, что и я. ORM отлично подходят для отображения таблиц на объекты. Но они начинают мешать, когда запрос становится сложным: агрегации, тщательно продуманные JOIN’ы, формы отчетов, которые не соответствуют одной модели на таблицу. Вы боретесь с ORM, переходите на сырой SQL, а затем вручную пишете связующий код (маппинг).

Не каждый SELECT возвращает то, что подходит под одну ORM-модель. SQL - это лучший язык для доступа к данным. Лучшие ORM, которые я использовал, такие как Drizzle, побеждают, потому что они остаются близки к SQL. Я хотел пойти дальше: хранить SQL в системе контроля версий и генерировать из него типизированный Python.

Именно поэтому я создал nORM (no ORM - не ORM) и выпустил версию v0.1.0 на этой неделе (мой первый опенсорс проект).