Kurgan-Telecom Ru | Информационные технологии

На Хабр Карьере запускаем рубрику «Качаем навыки в IT» — это интервью с выпускниками онлайн-школ или их основателями, в которых они рассказывают о процессе обучения и о том, как развитие навыков изменили их работу: помогли вырасти в должности, стать более востребованным специалистом или начать влиять на бизнес-результат, а не просто выполнять задачи.

Поучаствовать в рубрике мы пригласили двух экспертов в B2B-IT маркетинге, которые основали онлайн-школу Go to Market Academy — она фокусируется на продуктовом маркетинге для B2B IT-продуктов.

Постарались сделать так, чтобы статья помогла тем, кто уже работает в IT-маркетинге, но чувствует, что крутится вокруг инструментов и каналов, а не влияет на результаты бизнеса.

Полностью самостоятельная разработка LLM дело дорогое, требующее высококвалифицированных кадров (математиков и инженеров), высокопроизводительного оборудования (графических ускорителей, быстрой памяти и процессоров), и, самое главное, наличие школы. Часто эффективные менеджеры недооценивают необходимость опыта в разработке и производстве чего-либо. Наличие желания и денег не всегда приводит к нужному результату.

В этой статье я рассмотрю возможное развитие национальной LLM со своей точки зрения, которая, как вы понимаете, может быть ошибочной, либо меняться под давлением обстоятельств.

Десятилетиями планета живёт в единой технологической парадигме: дизайн архитектуры разрабатывается в Калифорнии, станки собираются в Нидерландах, кремний “печатается” на Тайване, а финальная сборка происходит в Китае. Цепочка производств кажется вполне логичной и незыблемой. 

В результате люди по всему миру, вне зависимости от локации пользуются одними и теми же продуктами: одинаковые процессоры в наших смартфонах и электронике, та же самая оперативная память в ПК и ноутбуках, дата-центрах, умных автомобилях и т.д. В общем мир связан единым технологическим стеком, и по всей планете бьются одни и те же кремниевые сердца.

А теперь давайте представим, что мир раскололся надвое: на разных сторонах света идёт полный цикл производства технологий, с совершенно разными архитектурами, которые между собой не особо совместимы (если совместимы вообще). С одной стороны привычные стандарты x86 и ARM, с другой разработки на базе архитектуры RISC-V.

Азиатский смартфон не сможет подключиться к европейскому облаку. Код, написанный в Берлине, откажется запускаться на серверах в Шэньчжэне. Получится два разных мира, которые постепенно будут изолироваться друг от друга. Жутковатый мир, правда..?

Если серьезно задуматься и проанализировать ситуацию вокруг технологических барьеров, которые уже существуют, можно предположить, что у такого сценария есть потенциал. И чтобы разобраться, насколько реален сценарий разделенного мира, предлагаю разобраться в ряде фактов.   

Регистрация товарного знака, патента или программного обеспечения — это юридически значимое действие с долгосрочными последствиями. Ошибка в выборе подрядчика может стоить дорого: отказ Роспатента, потеря приоритета, судебные споры или просто выброшенные деньги. 

Эта статья — практический гид для тех, кто хочет выбрать патентное бюро осознанно, а не методом тыка.

Привет, Хабр.

Год назад мой босс выдал фразу, которая застряла во мне надолго: Что‑то какой‑то «пипец»... я как‑будто играю в «волк и яйца», цифры есть, отчёты есть, а радости нет, хотя мы вроде делаем грандиозные проекты. Прозвучало странно для технаря, но я как‑то для себя понял сразу, что это важно.

Компания выросла, отделов стало много, наняли уже больше 110 человек! Каждое подразделение живет своей жизнью. Продажи гонятся за деньгами, маркетинг рисует «красивые картинки» с яндекс‑метрики, проектный отдел тупо выполняет ТЗ, даже если видит реальные «косяки».

Я был нанят как аналитик Битрикс24. Поднастроили систему, дашборды, воронки, смарты, автоматизацию... Но понятно стало, что всё это какая‑то фигня, потому что на сайте компании была прописана миссия, а когда я спросил, оказалось её никто даже не читал. И я подумал «А мы, как компания, вообще что такое и куда идем?».

В какой‑то момент я перестал тупо следить за системой. Начал просто участвовать во всех ВКС, слушать, смотреть, реденько задавать неудобные вопросы. Через полгода гендир спросил: «А что ты вообще делаешь? Вроде ты не обязан быть на ВКС, но мы уже без тебя даже не начинаем».

Я тогда пошутил и придумал слово — Меридиант. Не спрашивайте, почему так. Наверное, потому что мне нравится фильм «Медиатор», и я любитель всяких древних практик связанных с чакрами, меридианами, каналами, медитациями и тому подобное, вот увидел что коммуникации в бизнесе, как линии на теле человека, тоже соединяют важные точки. Он меня потом еще раз пять переспрашивал, что за слово такое, ну а мне понравилось.

Знаете, бывают новости, которые читаешь и немного теряешься — не потому что они сложные сами по себе, а потому что сложно поверить в их абсурдность. Именно такой стала публикация в корпоративном блоге Micron под названием «Новое узкое место производительности: как увеличение объема видеопамяти открывает возможности для гейминга и ИИ-ПК нового поколения». Это та самая Micron, которая в декабре прошлого года объявила о прекращении производства памяти под брендом Crucial. Тогда она честно сказала, что хочет сосредоточиться на поставках памяти для ИИ-серверов и «стратегически важных клиентов». Компания ушла с потребительского рынка — и тут же начала объяснять геймерам, почему им нужно больше памяти. Выглядит абсурдно, не так ли?

Автомасштабирование в Kubernetes без приземления на реальные условия выглядит просто: раскатываете приложение, а ваш проект автоматически подстраивается под рост и спад нагрузки с помощью «магии Kubernetes». Но на деле «из коробки» это не работает. Кластер поддерживает ровно то количество реплик, которое указано в манифестах приложения, поэтому агрессивное масштабирование приложений без масштабирования кластера рано или поздно упрется в потолок. А если ваша инфраструктура не облачная, а локальная и состоит из множества разрозненных платформ виртуализации, то ресурс инженеров будет уходить на ручные операции. 

Привет, Хабр! В этой статье мы поделимся опытом инженерной команды практики контейнеризации К2Тех поговорим о том, какие решения позволяют автоматизировать ручной труд по масштабированию в Kubernetes. Начнём рассматривать инструменты с нижних уровней, постепенно продвигаясь вверх: от уровня подов до уровня всего кластера. В итоге придем к централизованному управлению всеми рабочими нагрузками в парке кластеров, без привязки к конкретному облаку или провайдеру инфраструктуры.

Всем привет! С вами Федор Засечкин, и это моя вторая статья из цикла о том, как мы в Купере распиливали монолит. Если хотите максимально погрузиться в контекст, перед чтением этого текста загляните по ссылке:

Микросервисная трансформация в Купере — как это было. Часть I: Начинаем распил монолитов

А в продолжение темы я хочу поговорить о том, с чего начинается вынос функциональности в сервисы. Будут и вопросы чисто технического характера, и организационные — потому что в нашем случае вынос состоял в основном из проектов с кросс-командным взаимодействием и иннерсорсом. Поехали!

В последнее время стало модным критиковать фильмы за недостоверные или нереалистичные сцены. Причем не только исторические: достается и фантастике с фентэзи. Например, не обошла стороной критика и битву на планете Хот из фильма «Звездные войны. Империя наносит ответный удар». Достается фильму за то, что шагоходы непрактичны, используются неэффективно, без прикрытия и поддержки. Однако у того, как выглядит данная сцена в фильме есть как кинематографические причины, так и довольно убедительные лорные. И я предлагаю покопаться в скрытых или неочевидных моментах битвы за Хот.

И этот заголовок - не кликбейт. Подвергнув реверс инжинирингу клиент российского мессенджера MAX удалось подтвердить самые худшие предположения.

В сети начали появляться сообщения о странных обращениях мессенджера MAX к Telegram и WhatsApp, из-за чего в сети начали выдвигаться предположения касательно природы и целей этих запросов. Но одно дело предполагать, другое дело знать. Мало ли это какая-то интеграция или случайный аналитический модуль. Поэтому чтобы понять самому и рассказать вам я решил посмотреть внутрь клиента и понять что и зачем он делает.

TL;DR - содержит шпионский модуль, который сделали разработчики MAX для слежки за теми кто использует VPN, они постарались сделать этот модуль неблокируемым и прикрутили удаленное управление.

Смартфоны быстро вошли в обиход и стали типом телефонов по умолчанию. Согласно данным Исследовательского центра Пью, у 98 % взрослых жителей США есть сотовый телефон хоть какого-то типа; при этом в девяти из десяти случаев это будет именно смартфон. В отдельных группах населения распространённость смартфонов ещё выше: лишь у 3 % американцев в категории от 18 до 29 лет нет смартфона. В России показатели схожие. В опросе ВЦИОМ 2024 года участвовали 100 людей, которые родились в 2001 году и позднее, но среди них не нашлось ни одного зумера без смартфона. Люди с обычным сотовым телефоном обнаруживались лишь в значительно более старших поколениях, до 1981 года рождения.

Вообще, этот опрос ВЦИОМ выяснял не проникновение сотовой связи и смартфонов, а зависимость от них. В тексте исследования подробно объясняется термин «номофобия» — страх остаться без мобильного телефона. Слово отлила в граните британская почта для исследования, проведённого по её заказу в центре YouGov в 2008 году. На тот момент речь шла даже не о смартфонах, а обычных кнопочных звонилках, и после бума смартфонов значение термина поменялось.

Слово-то какое придумали — «номофобия»… По удивительной причине всегда принято рассматривать эффект смартфонов с этой позиции какой-то полунаркотической зависимости, непреодолимого порока, с которым нужно бороться. Но если отойти от морализаторства, то смартфон всё же оказывается не столько наркотиком, сколько новой средой, карманным источником новизны, социального подкрепления и бесконечных микропереключений внимания. Как это всё влияет на мозг?

Рано или поздно любой инженер, увлекшийся рефакторингом своей жизни, упирается в фундаментальный баг. Можно сколько угодно настраивать фокус, поднимать ментальные фаерволы от токсичного трафика и балансировать нагрузку, чтобы не словить выгорание. Но в какой-то момент система крашится об уязвимость, которую невозможно пофиксить патчем. Просто потому, что она вшита в саму базовую систему ввода-вывода (BIOS) нашего железа (Hardware).

В логах это выглядит примерно так. 02:00 ночи. Оборудование переведено в Sleep Mode, кулеры крутятся на минималках. И вдруг внезапно запускается фоновый аудит. Глаза открываются. Пульс уходит за сотню, оперативная память заливается холодным потом, и на внутренний монитор выводится один-единственный запрос: «А какой смысл оптимизировать код, выстраивать архитектуру и копить ресурсы, если этот сервер всё равно неизбежно отключат от питания?»

Возникает NullPointerException. Процессор пытается вычислить состояние небытия (отсутствие самого процессора), предсказуемо уходит в бесконечный цикл и вешает систему. Мы ловим классический «синий экран смерти» (BSOD) прямо в кровати.

Гуманитарии и философы называют это страхом смерти или экзистенциальным кризисом. В терминах системного администрирования — это ошибка прогнозирования End-of-Life (EOL).

Давайте попробуем разобрать эту уязвимость. Только хардкорная инженерия, архитектура и попытка понять, почему наш внутренний софт так панически боится процедуры завершения работы.

Мы будем анализировать насколько права собственности на квартиры в РФ отвечают понятию «собственность». Наш анализ опирается на текущие законы, математические принципы и устоявшиеся понятия. Избегаем радикальных мнений, что РФ это юридическое лицо, что мы акционеры СССР и тд… Давайте определим какие объекты и их свойства нас интересуют, какие метрики мы можем использовать для определения «твёрдости» права собственности на квартиры.

Согласно статье 209 ГК РФ, право собственности включает в себя три основных правомочия: владение, пользование и распоряжение имуществом.

Замечали некий companion object в интерфейсах Hilt-модулей? Что он делает, как он работает под капотом, почему так популярен в Hilt-модулях, и почему нельзя обойтись обычными классами? Сегодня я развею эту магию!

Привет, Хаброжители! Изучите математическую логику шифрования и дешифрования сообщений, постепенно переходя от базовых принципов ко все более сложным концепциям. Освоив эллиптические кривые, протоколы с нулевым разглашением, гомоморфное шифрование и основы квантовых вычислений, вы заложите прочный фундамент для дальнейшего развития в криптографии.

Познакомьтесь с самыми инновационными криптографическими алгоритмами и подготовьтесь к работе в стремительно развивающейся сфере кибербезопасности и защиты данных. Уделяя особое внимание современным трендам и практическим вызовам, включая квантовую криптографию, вы получите знания, которые помогут оставаться на передовой этой динамичной области.

С этой неприятной ситуацией я столкнулся в сентябре 2025 года, когда в процессе технического перевооружения некоего объекта гражданской промышленности, название и местоположение которого никому неинтересны, пытался подружить Каскад-Цифра 3.18 (он же WinCC OA) с древним контроллером Schneider серии 580. Этот ПЛК оставался единственным, не подлежащим замене, и порядка полутора тысяч сигналов с него необходимо было перетащить в новую SCADA. SCADA, к слову, крутится на ПК под управлением Astra Linux, то есть - под дебианом.

Было принято решение организовать обмен по протоколу Modbus TCP, в процессе пришлось столкнуться с некоторыми затруднениями. О них ниже.

Привет, Хабр! Пишу от лица Мастерской IT.ru по запросу команды MyBox и ее лидера Вовы. Ребята столкнулись с задачей, которая тяжко решается - так что предлагаем ее спецам с Хабра за, естественно, награду. Подарим Mac Mini на 1 ТБ SSD за успешное решение.

Что за задача?

Есть проект MyBox - защищенное персональное облако на базе Apple Mac mini. Устройство должно уметь предоставить удалённому узлу подписанный Apple «аттестат», подтверждающий, что на устройстве запущено приложение с конкретным хешем бинарника.

«Значит, смотрите. Payment-service ходит в booking-service, но только через API gateway, который дёргает auth-service, а тот валидирует токен в Redis, который шарит с notification-service…» — вы, объясняя архитектуру новому разработчику.

Десять лет мы разматывали нитки между сервисами на доске, как Чарли из «В Филадельфии». 42% компаний уже тихо сворачивают микросервисы обратно. Istio не осилил микросервисную архитектуру собственного control plane. Бывший CTO GitHub называет это «главной архитектурной ошибкой десятилетия».

А потом пришёл AI, которому не нужны ни митинг на 15 человек, ни три года в проекте, чтобы понять, почему бронирование — это цепочка из 12 HTTP-вызовов вместо одного function call.

Разбираю шесть причин дробления монолитов. Спойлер: половину из них AI уже отменил.

Статья для junior‑разработчиков C#, которые хотят развиваться в профессии, но теряются в разнообразии источников знаний: книги, подкасты, видео, разборы, ChatGPT. Читать и смотреть все подряд никакой жизни не хватит, а выделить нужный базовый стэк сложно — не хватает знаний и опыта. В статье даем структуру: какие темы и по каким источникам изучать, чтобы получить необходимую базу для профессионального роста.

Помните момент, когда вы впервые попробовали ChatGPT или GitHub Copilot? У меня это было похоже на взрыв: привычные процессы рухнули, а на их месте начала формироваться новая реальность. ИИ не просто ускоряет работу — он заставляет переосмыслить сам подход к хранению и обработке информации.

Раньше я, как и многие, хранил готовые документы: Word‑отчёты, PowerPoint‑презентации, схемы в графических редакторах. Потом пришёл момент, когда я поймал себя на мысли:

«Почему я трачу время на поддержание десятков копий одного и того же текста? Почему не хранить „исходники“, а документы генерировать по мере необходимости — как сборку кода?»

Так родилась концепция, о которой я хочу рассказать.