Kurgan-Telecom Ru | Информационные технологии

Возвращаюсь со своим еженедельным дайджестом для мобильных разработчиков. В этом выпуске адаптация приложений под iPhone Duo и Shared Transition как требования дизайнеров, прозрачный Яндекс.Навигатор и нативная разработка в Shopify, фронтенд без готового бэкенда, путь к Chaos As A Service, ошибка после оформления подписки, которая приводит к оттоку и многое другое. Заходите!

По всей территории Аппалачей и «Ржавого пояса» в США, в том числе в Питтсбурге, бывшие промышленные площадки превращаются в новые жилые районы, исследовательские центры и технологические кластеры. Однако на протяжении десятилетий в этих местах происходили и другие процессы преобразования.

Браунфилды («коричневые поля») — это бывшие промышленные или коммерческие территории, повторное освоение которых может быть осложнено загрязнением. Их часто определяют по тому, что осталось после прежней деятельности: заброшенным заводам, пустующим участкам и почве, загрязнённой канцерогенными соединениями.

Но под поверхностью браунфилды остаются живыми экосистемами. В этих почвах обитают миллиарды микроорганизмов. В Питтсбурге некоторые из них десятилетиями реагировали на загрязнение, оставшееся от промышленного прошлого города, и приспосабливались к нему.

Я микробиолог, и этой темой я заинтересовался благодаря браунфилду, который находится практически у меня на заднем дворе. Моя лаборатория в Университете Карнеги — Меллона расположена всего в 3 километрах от Hazelwood Green, бывшей промышленной территории площадью 72 гектара на берегу реки Мононгахила в Питтсбурге.

Более ста лет здесь находились сталелитейные предприятия, в том числе Jones & Laughlin Steel Co. На пике производства на этой площадке работали тысячи человек, и она внесла свой вклад в репутацию Питтсбурга как Стального города.

Промышленная история Питтсбурга оставила после себя и химическое наследие. Как и на многих других бывших промышленных территориях, почва Hazelwood Green была загрязнена нефтяными углеводородами, тяжёлыми металлами и другими веществами, из‑за чего территория была классифицирована как браунфилд. Среди загрязнителей присутствовали бензол, толуол, этилбензол и ксилол — группа соединений нефтяного происхождения, известная под общим названием BTEX. Эти вещества могут быть токсичными для человека и других организмов, а некоторые из них являются известными канцерогенами.

В прошлой статье я представил свою библиотеку для парсинга JSON. Краткое содержание - мы используем новые инструменты стандарта С++26 (в основном, рефлексию) для автоматической генерации оптимизированных парсеров для конкретных JSON, что позволило нам обогнать simdjson в несколько раз.

Здесь мы рассмотрим, как можно генерировать целевые структуры для объектов JSON напрямую из JSON схем при помощи других трюков из стандарта 26.

Это эссе я задумал сразу после выхода книги Элиезера Юдковского и Нейта Соареса «If Anyone Builds It, Everyone Dies». Потом книгу неожиданно перевели, и мне казалось, что пост уже потерял изрядную долю актуальности для русскоязычной аудитории.

За то время как переводили книгу LLM начали решать задачи Эрдёша. Затем вышла Mythos 5, из-за которой даже разразился политический скандал, но я всё равно считал, что пока мы находимся в состоянии, когда размышления о скором конце света представляют собой скорее развлечение, сродни чтению художественного романа. Потом наступило лето.

В июле рой агентов сам спланировал и провёл атаку на сервера Hugging Face, а вскоре начали появляться расследования о других диких сообществах LLM-агентов. Не успели толком разобраться, что именно произошло, как OpenAI заявила, что её агенты решили одну из задач тысячелетия, связанную с уравнениями Навье - Стокса. Я понял, что уже мне самому нужен этот текст - хотя бы как имитация разумной деятельности в тот момент, когда мир вот-вот опрокинется в бездну (или вершину) сингулярности.

Код как хобби за 15 лет в индустрии оставил за собой кладбище пет-проектов. В этот раз Java-оркестратор: git worktree, CLI-сессии, merge request и дашборд для работы. Хроника того, как рос личный инструмент и как на этом кейсе я переосмыслил привычную инженерию.

Да, я больше не пишу код руками. Сгенерированный код я даже не читаю: мне всё равно, как он написан, если он делает то, что должен. Реализация — расходник. Матёрый сеньор посмотрит на такой код и скажет: так не пишут. По существу он часто прав. Только вопрос давно в другом.

Легче при этом не стало, стало тяжелее. Проект «на выходные» занял два месяца, и на код из них не ушло почти ничего. Ввод текста теперь бесплатный, зато голова занята пятью задачами сразу. Написать тест оказалось сложнее, чем написать код, который он проверяет. А зелёные тесты говорят только о том, что вы догадались проверить.

Иллюзию, что агенты освободят вам вечера, лучше отбросить сразу. Рассказываю, куда ушли два месяца, что подешевело, что осталось дорогим и кто такой продуктовый инженер и за что он отвечает.

В феврале этого года проект с красивым именем Polaris незаметно стал полноценным проектом фонда Apache. Новость прошла как-то мимо, ну стал и стал, мало ли. Между тем это одна из тех новостей, которые лет через пять, возможно, будут называть поворотной точкой. Потому что Polaris — это каталог. А каталог в мире Iceberg — то самое место, где на самом деле лежит власть над вашими данными.

Звучит громко, понимаю. Поясню, откуда такая уверенность.

Последние несколько лет хранилища данных строят по новой схеме: файлы лежат в объектном хранилище, поверх них открытый формат в виде метаданных, движки обработки живут отдельно в виде федеративного обработчика и ходят за данными. Схему назвали лейкхаусом (Data LakeHouse), а формат в ней почти везде один и тот же — Apache Iceberg. Вендоры за него отвоевались, открыли и согласовали, и все выдохнули. Данные наконец-то ничьи (формат parquet): лежат у вас, читаются чем угодно, никакой платформы-хозяина.

Выдохнули рано. Зависимость от вендора никуда не делась, она переехала на другой уровень — в каталог. Сервис с виду лаконичный, держит одну-единственную вещь, указатель на актуальную версию таблицы. Заодно через него идут права доступа и временные ключи от хранилища. Получается, кто держит каталог, тот и решает, какие движки увидят ваши данные, а какие останутся снаружи.

Начнём даже не с каталогов, а на шаг раньше — с того, что такое вообще Iceberg, вокруг которого последний год прыгают все вендоры.

В прошлый раз мы отследили путь возникновения схемы, которая легла в основу работы «номерных радиостанций». Мощные коротковолновые станции позволили передавать радиосигнал через океаны и континенты, а шифры Вернама обеспечили при строгом соблюдении процедуры принципиальную недешифруемость сообщений. Соответственно, «центр» или работавшие при посольствах сотрудники спецслужб теперь могли передавать даже сверхсекретные сведения и указания в открытый эфир — и быть почти на 100% уверенными, что расшифровать послания никто не сможет даже при очень большом желании. До ума эта система была доведена к началу Второй мировой войны — и одним из пионеров в её применении стала советская стратегическая разведка. Ещё до разгрома стран Оси на территории США и Британии развернулось незримое для непосвящённых, но масштабное сражение советских и западных спецслужб. Разведчики СССР и их агенты, в том числе высокопоставленные, собирали всю возможную информацию о ядерных разработках Манхэттенского проекта и пересылали её в Москву в основном посредством шифров Вернама. Американские контрразведчики и криптографы, в свою очередь, пытались расшифровать их сообщения, несмотря на применение системы абсолютной криптоаналитической устойчивости, — и «вскрыть» советскую разведывательную сеть, о реальных масштабах которой они поначалу даже не подозревали.

Систематизация и автоматизация дисциплинарного учета в организации путем доработки ЗУП 3.1 "Базовая". Описание архитектуры и функционала разработанного решения.

«Мгновенно» — слово сильное, я к нему ещё вернусь и отниму примерно всё. Но начну с факта, который в этой истории главный.

В 1956 году в NASA делали пилотажный тренажёр для X-15 — того самого ракетоплана, который летал на семи махах и забирался на 100 километров. Тренажёр должен был считать динамику полёта в реальном времени, потому что за креслом сидел живой пилот. Ни один цифровой компьютер тогда этого не умел. Взяли три аналоговые машины EAI PACE 231R: 380 операционных усилителей, 101 функциональный генератор, 32 сервоусилителя, 5 множительных устройств. Диапазон модели — от 0,2 до 7 махов и от уровня моря до 1 056 000 футов, это примерно 322 км.

То есть человека готовили к полёту на край атмосферы на машине, в которой не было ни одной нулевой или единичной цифры.

Дальше обычно идёт текст про то, что аналоговые машины были в тысячи раз быстрее, что их зря похоронили, и что вот сейчас они возвращаются в виде чипов для нейросетей. Я такой текст читала много раз, и каждый раз спотыкалась в одном и том же месте: рядом со словами «в тысячи раз быстрее» всегда стоит строчка «точность порядка 0,1%», и никто никогда не показывает, что эти две цифры означают вместе.

Ну я и полезла считать.

Открытая платформа, где модель, песочница и даже хранение сеансов — заменяемые модули. Разбираем, как собрать агента под задачу и не потерять контроль.

Когда-то Haier Group был небольшим заводом, который производил дешевые холодильники. Теперь это крупная китайская корпорация, чьи акции торгуются сразу на нескольких биржах (кстати, бумаги фирмы доступны в том числе российскому инвестору). Компания производит бытовую технику (холодильники, стиральные машины и т. п.), а также потребительскую электронику. Об истории становления корпорации и ее интеллектуальной собственности рассказываем в нашем материале. 

После атак на датацентры в Объединенных Арабских Эмиратах и ​​Бахрейне, компания Amazon Web Services (AWS) официально подтвердила безвозвратную потерю части данных клиентов размещенных в локальных центрах обработки данных. Кажется, мир вступает в новую фазу, когда данные становятся уязвимы не только в результате сетевых атак, но и атак в физическом мире.

Атаки начались 1 марта и продолжались в апреле и июле. Инцидент повредил масштабный проект дата-центров в ОАЭ, занимающихся разработкой искусственного интеллекта, после которого договор аренды с OpenAI был приостановлен. Официальное заявление о безвозвратной потере данных Amazon опубликовала только во вторник, 15 сентября 2026 года. До этого релиза Amazon в течение шести месяцев пыталась восстановить поврежденную инфраструктуру, не признавая потерю окончательной, и выпускала лишь промежуточные технические отчеты.

По заявлению AWS Health Dashboard:

.

Обе мои предыдущие статьи про этот сайт с кейсами CS2 заканчивались списком того, чего в нём нет: платежей, депозита предметов, кейс-баттлов, рефералки, KYC. Список закрыт — и почти всё сложное в нём свелось к одному вопросу: что происходит, когда несколько человек одновременно двигают одни и те же деньги. Батл на четверых в одной транзакции, порядок блокировок, из-за которого не случается дедлок, PgBouncer под Prisma и правило чтения с реплики, которое нельзя выразить типом.

У меня был доступ к последним Qwen, GLM и Sol. Рядом лежали аккаунты ко всяким Claude c Astra. Не то, чтобы все это реально требовалось для разработки эмулятора ZX-Spectrum, но остановиться было тяжело. В итоге эмулятор получился просто на загляденье и вы можете прочитать про боли и решения в реальном проекте.

TL;DR: Да, за год БЯМки сильно подросли в своих умениях. Сегодня я смело могу утверждать, что по своему уровню они достигли джунов. Если убрать скорость и стоимость за скобки, то это почти настоящие кожанные мешки. Почему почти? Настоящий кожанный мешок не обладает такой широтой знаний. Но зато умеет творить. Про пруфы читать ниже (смаил).

Практически год назад я написал статью (https://habr.com/ru/articles/956344/), как я писал эмулятор ZX Spectrum на go. Потом полгода назад (https://habr.com/ru/articles/962612/) жаловался, что golang уж очень неподходящий язык для эмуляторов. И вот теперь я опровергаю сам себя…

Сценарий: полная компрометация записи персональных данных. У атакующего - файл с растворёнными персональными данными: телефон, email, паспорт, адрес, ИНН, СНИЛС.

Чтобы упростить задачу атакующему, мы передаём почти всё: в сообщении 361 символ, 317 без пробелов, 45 слов. Мы даже передаём PIN и порядок слов.

Для миллионов геймеров Геральт из Ривии — это белые волосы, два меча и саундтрек CD Projekt RED. Игры и сериал сделали Сапковского массовым явлением. Но культовой фигурой среди читателей фэнтези он стал раньше, задолго до успеха адаптаций — благодаря тому, как методично разбирал жанр на части.

На поверхности лежит работа с фольклором: он меняет толкиновскую кальку на славянскую нечисть, иронизирует над сказочным каноном. Глубже начинается разбор самой этики выбора: у Сапковского герой не знает, что правильно, он просто минимизирует ущерб в мире без чистых решений. А в основании всего этого лежит то, ради чего затевались первые два слоя: сага отражает эпоху, в которой она писалась, эпоху, когда рушились не сказочные, а вполне реальные представления о том, кто прав, а кто виноват.

Дальше разберем все по порядку, слой за слоем.

Платформа Big Pineapple — на базе которой работают 1.1.1.1, Gateway DNS, DNS Firewall, AS112 и ряд других DNS-сервисов Cloudflare — в любой отдельный момент времени хранит 250 млрд. кэш-записей. При таких масштабах использование даже одного лишнего байта на запись стоит нашему парку машин более 250 ГБ памяти.

Озадачившись этой проблемой, мы последовательно внесли пять изменений в механизм сохранения кэш-записей, сократив объём памяти, необходимый для хранения одной такой записи, более чем вдвое. В общей сложности нам удалось освободить примерно 100 ТБ по всему парку, что равнозначно объёму RAM в 130 из наших серверов 13-го поколения. При этом также ускорилась работа кэша. Пропускная способность при вставке записей выросла на 43%, а задержка поиска упала на 19%. Причём за счёт сокращения числа аллокаций и повышения локальности данных жертвовать скоростью ради экономии памяти не пришлось.

Чем дольше я наблюдаю за игровым комьюнити в сознательном возрасте, тем больше я вижу, насколько же в нем много токсичности, ругани и необоснованной критики всего подряд.

Самый распространенный тейк за последние годы — игровая индустрия умерла окончательно, и дальше будет только хуже. И скажу честно, у меня от него дергается глаз. Почему?

А вот давайте вместе, раз уж половина десятилетия уже миновала, посмотрим на то, как в последние годы нас натурально заваливают релизами, и к чему на самом деле это может привести.

Привет, Хабр! Несколько лет назад я уже рассказывал об анализе и восстановлении аккумуляторов для ноутбуков. Тогда я сподобился купить девайс под названием Professional Laptop Battery Analyzer NLBA1 (самое интересное — девайс румынский), который за прошедшие годы смог много чего восстановить. Какие-то АКБ удалось вернуть в строй, другие после проверки отправились на разборку без лишних сожалений. Так получилось, что на время я отложил прибор на полку, но на днях появился повод снова ввести его в строй.

Дело в том, что мне попался небольшой ASUS X200CA с типичной для «старичков» историей: пару лет пролежал без дела в разряженном состоянии. Я включил, все работает, но вот беда — девайс не заряжается. Покупать новую батарею для такой машины особого желания не было, поэтому я решил попробовать починить старую. Заодно появился хороший повод вернуться к теме NLBA1 и показать весь процесс на конкретном примере. Что ж, поехали!